У России появилась новая чемпионка мира в необычном для широкого зрителя виде спорта — спортивном пилоне. В конце 2025 года 20‑летняя Ксения Устинова выиграла золото на чемпионате мира в Будапеште, набрав 155,033 балла и опередив двух украинских спортсменок: Эвелину Борзенко (153,533) и Софию Голобородько (153,300). Казалось бы, главный инфоповод — триумф российской спортсменки. Но больше всего обсуждали не оценки судей, а кадры с награждения, где украинки демонстративно развернули желто‑голубые флаги, а Ксения стояла без флага рядом.
Она спокойно, но жестко признается: к такой славе она не стремилась. Мечта была другой — просто однажды услышать, как объявляют: «чемпионка мира по спортивному пилону — Ксения Устинова».
«На спортивный пилон ставок вообще не было»
— С какими ожиданиями ты летела в Будапешт?
— В этом году у меня было сразу два чемпионата мира: по артистическому пилону и по спортивному. Пилон вообще делится на два больших направления. Артистический — это когда упор на постановку, драматургию, образ, сложную режиссуру. Спортивный — чистая техника, элементы, физика, акробатика, статика, динамика, силовые связки.
Изначально все силы и надежды были именно на артистический пилон: там у меня сильная постановочная команда и очень необычная концепция программы. А на спортивный, честно, никаких особых планов не строили. На чемпионате России я была всего шестой, в сборную вообще могла не попасть. В итоге в Будапешт я поехала только потому, что спортсменки с третьего и четвертого мест отказались от участия.
Я смотрела заявки, понимала, сколько сильных девочек приедет из разных стран, и настроилась просто хорошо откатать свою программу, без цели «во что бы то ни стало взять медаль». Честно думала, что даже финал окажется недостижимым. Но все сложилось наоборот.
«Мы переделали программу — и она стала оружием»
— Пришлось ли что-то менять в программах по ходу сезона?
— Да, к чемпионату мира мы довольно серьезно переработали спортивную программу. Убрали то, что не приносило много баллов, усложнили связки, поменяли акценты. Появилось больше выигрышных элементов, которые судьи хорошо оценивают по кодексу.
На артистический пилон у меня была заранее выстроенная, отточенная история. А вот спортивную программу, можно сказать, собирали как конструктор специально под Будапешт. В итоге это и стало решающим фактором: программа получилась и эффектной, и «очковой».
«Я хотела именно это золото — в спортивном пилоне»
— Что было в голове в ту секунду, когда поняла, что выиграла золото?
— Ощущение, что сбылось именно то, о чем давно мечтала. Мне важно было стать чемпионкой мира не просто в пилоне вообще, а конкретно в спортивном пилоне. Это, знаете, как для фигуристки — выиграть не только шоу‑турнир, а именно чемпионат мира по спортивным правилам.
На чемпионат мира я отбираюсь с 2022 года. Но поехать удалось только в 2024‑м: сначала были санкции, ограничения, отказ в участии. В 2022‑м чемпионат мира проходил без России и Украины из‑за политической ситуации. В 2023‑м турнир прошел в Швеции, но нам элементарно не дали визы. То есть желание и возможность выступить были давно, а шанс реализовать их появился только сейчас. Поэтому это золото — не случайность, а итог трехлетнего ожидания.
«Обидно, что все обсуждали не победу, а фото с пьедестала»
— Как ты восприняла то, что больше всего обсуждали не твою победу, а момент с украинскими флагами на подиуме?
— Мне правда очень обидно, что мы вынуждены выступать без флага. Я искренне люблю свою страну, горжусь тем, что представляю Россию, и мне хочется, чтобы все понимали, откуда выходят такие сильные спортсмены.
Неприятно, что основной резонанс вызвало не то, что россиянка выиграла чемпионат мира, а одна фотография: я посередине без флага и по сторонам — две украинские спортсменки с развернутыми полотнами. Получается, люди обсуждали не спорт, не оценки, а картинку и политический подтекст.
Но если абстрагироваться от этого, для меня лично важнее, что в протоколах стоит мое имя первой. Как бы ни пытались сместить фокус, факт остается фактом: я выиграла.
«Украинкам запрещено даже смотреть в нашу сторону»
— Как в целом проходило общение со спортсменками из других стран?
— Атмосфера на турнире в целом была нормальной. Никакого открытого давления я не ощущала. Со спортсменами из Европы, Азии, Америки мы общаемся как обычно: поздравляем, обнимаемся, обсуждаем элементы, тренировки. Многие сразу подбегали, говорили теплые слова, радовались за меня.
С украинской сборной все иначе — им на официальном уровне запрещено с нами контактировать: жать руку, обниматься, разговаривать и даже просто смотреть в нашу сторону. Поэтому общения как такового нет: мы делим один зал, один помост, но существуем как будто в параллельных реальностях.
Когда на пьедестале с двух сторон расправили флаги, давление чувствовалось физически. Но я в тот момент держала в голове только одно: я на высшей ступени, а не на второй или третьей. Этот внутренний факт перекрывал весь внешний негатив.
— С кем из иностранок у тебя ближе всего контакт?
— Мы хорошо общаемся с девочками из Италии и Венгрии. Переписываемся на английском, делимся тренировочными штуками, обсуждаем новые элементы. По ним видно, что у них реально меньше тренировочных часов, да и отношение к спорту немного другое: более расслабленное. Но при этом они огромные молодцы, фанаты своего дела.
«Судейство было честным — нас заранее убрали из судейской бригады»
— Чувствовала ли ты, что оценки могут занижать из‑за того, что ты из России?
— На этом чемпионате мира — нет. Организаторы изначально убрали из судейских бригад и российских, и украинских арбитров, чтобы никому не достались ни «домашние» бонусы, ни, наоборот, антирейтинги. Это был осознанный шаг, и он сработал: судейство выглядело максимально ровным.
Ты выходишь на пилон и понимаешь: твой результат зависит только от того, как ты справишься с программой, а не от того, какой флаг рядом с твоей фамилией.
«Раньше на площадку выходила с мандражом, сейчас — с техникой в голове»
— Как ты справляешься с волнением перед выходом на помост?
— Для меня тема настроя на выступление — одна из самых болезненных. Я очень эмоциональный человек, и на соревнованиях волнение легко превращается в мандраж: начинают дрожать руки, появляются срывы элементов, падает артистизм. Можно быть отлично готовой физически, но провалить прокат только потому, что не справилась с головой.
Поэтому я сознательно занялась этим. Работала с психологом, изучала техники дыхания, концентрации, визуализации. Научилась выстраивать внутри себя «коридор», в котором остаются только я, пилон и музыка.
Еще одно правило: до своего выхода я стараюсь не смотреть выступления соперниц и не слушать оценки. Если начну сравнивать себя с другими до старта, напряжение только вырастет. Зато после своего проката уже могу спокойно смотреть всех, анализировать, радоваться или удивляться чужим программам.
«Детский психолог не помог, а спортивный изменил подход к старту»
— Ты занималась с обычным психологом или с узким спортивным специалистом?
— Сначала мы с тренером и мамой решили просто попробовать: обратились к детскому психологу в Кемерове. Но по моим задачам — соревновательное волнение, мандраж, страх ошибки — это мало помогло.
Потом через знакомых тренеров мы вышли на Анну Цой из Новосибирска. Она именно спортивный психолог, работает с профессиональными атлетами. Это уже был совсем другой уровень: конкретные техники, упражнения, разбор моих стартов, моделей поведения, того, что меня «включает» и «вырубает» на площадке.
Сейчас мы уже не работаем постоянно, но те инструменты, которые она дала, я использую до сих пор. Это не «волшебная таблетка», но это система, которую можно включать в любой момент.
«Иногда тренер меняет программу за час до старта — и это работает»
— Бывают ли ситуации, когда тренер в последний момент корректирует твою программу, ориентируясь на выступления соперниц?
— Да, такое случается. Иногда тренер смотрит, какие элементы делают соперницы, какие риски они берут, какие судьи сегодня охотнее оценивают. Если видит, что, допустим, в этом финале лучше не рисковать слишком сложным, но нестабильным элементом, мы можем прямо перед разминкой заменить связку на более надежную.
Это стрессово, конечно: организм настроен на одну структуру, а тебе говорят: «Здесь убираем, тут прыгаешь не так, а по-другому». Но за годы я привыкла к таким перестройкам. В спорте высокого уровня это нормально: подстраиваться под ситуацию, если хочешь медаль, а не просто «откатать, как репетировали».
Что такое спортивный пилон на самом деле
В массовом сознании пилон до сих пор часто ассоциируется с клубами и развлекательной индустрией. Спортивный пилон с этим мало связан.
На чемпионатах мира — жесткий регламент: кодекс элементов, точные критерии оценок, возрастные категории, проверка костюмов, ограничение по движениями и даже по «образу». Здесь важны сила, выносливость, растяжка, координация, работа в статику и в динамику, сложные перевороты, удержания на одной руке или ноге, броски, переходы.
По нагрузке это ближе всего к спортивной гимнастике, акробатике и фигурному катанию одновременно: акробатические элементы, вращение вокруг опоры, связки на высоте, риск падения. Спортсмен должен одинаково уверенно держать и технику, и художественное впечатление.
Сходство с фигурным катанием и разговоры про Олимпиаду
Ксения признается, что ей близка логика фигурного катания — и как зрителю, и как спортсменке:
— В пилоне сейчас тоже идет путь к большему признанию, примерно так же, как когда‑то в фигурном катании: усложнение элементов, ужесточение правил, борьба за статус. Мы тоже мечтаем попасть в программу Олимпийских игр.
Меня часто спрашивают, слежу ли я за фигуристами. Да, конечно. Особенно интересно, как будут выступать наши лидеры на следующих крупных стартах, если их допустят. Истории Екатерины Петросян, Гуменника и других сейчас обсуждают не меньше, чем результаты: кого допустят, кто поедет, под каким статусом, с каким флагом — это очень похоже на то, через что проходим мы.
Спортсмены просто хотят соревноваться. А вокруг них накручивается огромный политический фон. В этом смысле мы с фигуристами в одной лодке: есть ребята, которые по уровню — очевидно сильнейшие, а их карьера зависит не только от их работы, но и от решений, на которые они не могут повлиять.
«Пилон развивает тело так, как мало что другое»
Еще один важный момент, который Ксения подчеркивает: пилон — это не только про медали и турниры.
— Очень хочется, чтобы люди видели в пилоне полноценный вид спорта, а не стереотипы. Даже если человек никогда не выйдет на помост, тренировки на пилоне дают невероятную базу: спину, пресс, руки, гибкость, чувство баланса. Многие приходят «просто попробовать», а остаются на годы.
Да, путь в большой спорт длинный: нужны ежедневные тренировки, работа с хореографами, ОФП, растяжка, восстановление. Но базово пилон доступен очень многим — в отличие, например, от тех же фигурных катков, которые есть не в каждом городе.
«Победа в Будапеште — не точка, а отправная»
Сейчас Ксения уже вернулась к тренировочному режиму. Никакого «долго праздновать» — пара дней отдыха, и снова зал.
— Золото чемпионата мира — это не история «я все доказала, можно расслабиться». Для меня это скорее подтверждение, что мы движемся в правильном направлении. Есть программы, которые можно еще усложнить. Есть элементы, которые пока ставятся только в тренажерном режиме. Есть мечта, чтобы однажды при произнесении слов «спортивный пилон» люди сразу представляли не стереотипы, а высокое мастерство, как в фигурном катании или гимнастике.
И, конечно, я очень хочу снова выступать под флагом своей страны. Это отдельная цель. Пока правил игры мы изменить не можем, но можем продолжать выигрывать — даже в тех условиях, которые нам предлагают.